Фото: Татьяна Берг
Фото: Татьяна Берг
25 Сентября 2017
Иван Зуенко: Инициативу «Пояса и пути» можно рассматривать как личный PR-проект Си Цзиньпина

Первое мероприятие Клуба политологов ИГУ в сезоне 2017\2018 состоялось в субботу, 16 сентября. Экспертом на заседании выступил Иван Зуенко, младший научный сотрудник Отдела китайских исследований Центра азиатско-тихоокеанских исследований Российской академии наук, эксперт Российского совета по международным делам и Московского центра Карнеги. Он рассказал простым и понятным языком обо всей подноготной инициативы «Пояса и пути», а именно: в чём заключается суть проекта, как пройдёт маршрут и как эта концепция может повлиять на развитие России и Евразии в целом.


Трактовка термина «Пояса и пути»

На данный момент существует масса определений концепции «Один пояс, один путь». Со стороны внешних наблюдателей «Новый шёлковый путь» – это вся совокупность проектов КНР. Однако в самом Китае такие названия нигде официально не употребляется.

Привязка к историческому прошлому «Шёлкового пути» сыграла положительную роль: эксперты сразу заговорили о перспективах китайской инициативы. В то же время такой подход деформировал понимание концепции, которую стали воспринимать как некий путь из точки «А» в точку «Б». Однако это далеко не так, и проект Китая не имеет чёткого маршрута и географических границ.

8 сентября 2013 года Си Цзиньпин, председатель КНР, предложил создать «Экономический пояс шёлкового пути» совместно с Казахстаном. На тот момент проект располагал только красивым и ярким названием, но механизм был запущен: то, что было локальной инициативой, быстро приобрело глобальные масштабы. В конечном итоге об идее «Пояса и пути» постепенно стал говорить весь мир.


Сейчас концепция состоит из двух частей:

1. «Экономический пояс шёлкового пути», то есть сухопутная составляющая;

2. «Новый морской шелковый путь XXI века».


Концепция в официальных документах носит название «Belt and Road Initiative». Сами китайцы называют ее инициативой, а не стратегией, программой или проектом. Таким образом, китайское правительство снимает с себя ответственность за её реализацию, не обещая при этом ничего.

«Инициатива не имеет дорожной карты развития, цели реализации и критериев эффективности, содержание и географический охват размыты. Фактически это философская концепция развития Китая», - подтверждает Иван Зуенко.


Куда Китаю выгодно вкладывать свои инвестиции?

Сейчас темпы роста ВВП Китая, которые раньше правительство КНР поддерживало за счёт строительства внутри страны, заметно снизились. Государство и так обладает развитой инфраструктурой. Для достижения высоких темпов роста Китаю необходимо инвестировать в строительство на территории стран-партнёров.

«Китай обладает избыточным капиталом, который нужно выгодно вкладывать. Однако нужно понимать, что инвестиции - это не благотворительность, а всего лишь кредит», – говорит эксперт.


Помимо этого, КНР стремится создать сухопутный маршрут, который позволит вывозить энергоресурсы из Ближнего Востока и ввозить на европейский рынок китайские товары. Сейчас КНР осуществляет товарооборот через море, вблизи от США, поэтому китайскому правительству необходимо создать свой сухопутный и морской путь. Особенно важен для китайской экономики трансконтинентальный маршрут Азия – Европа.

«Китаю выгоднее всего инвестировать в слабые государства, потому что их можно легко контролировать. Здесь можно лоббировать свои интересы и реализовывать свою политику. Прежде всего, это страны Африки, некоторые страны Латинской Америки и Ближнего Востока, Таджикистан, Пакистан и Шри-Ланка. Это те страны, в которые приходит китайский бизнес, стремящийся контролировать и государство в целом. Страны с сильной властью, такие как Россия, Казахстан, Монголия, не располагают комфортными условиями для Китая», - заявляет Иван Зуенко.

 Встреча Клуба политологов ИГУ с Иваном Зуенко


Место России и других стран в китайской концепции

В официальных документах китайцы не ограничивают число стран-партнеров инициативы «Пояса и пути». Участником концепции может стать любая страна. На форуме «Нового шёлкового пути» в мае 2017 года, присутствовали делегации порядка 130 стран, которые заявили о готовности участвовать в проектах «Пояса и пути». Стоит отметить тех, кто точно не будет сотрудничать с Китаем в рамках этой концепции:

«Точно в этом не будет участвовать Индия. Она болезненно воспринимает сотрудничество Китая и Пакистана, которое, кстати, очень эффективно. Китайцы там строят порт «Гвадар» на Аравийском море, чтобы провозить свои грузы. Южная Корея, США, Япония с большим подозрением относятся к этой инициативе в связи с геополитическими разногласиями», - подчеркнул эксперт.


В первые два года существования «Нового шёлкового пути» Россия была в числе тех стран, которые с подозрением отнеслись к проектам, реализуемых под эгидой этой инициативы. Однако в мае 2015 года на параде в честь Дня Победы в Великой Отечественной войне, на котором присутствовал Си Цзиньпин, Владимир Путин заявил, что РФ будет активно сотрудничать с Китаем в рамках «Пояса и пути». С этих пор Россия считается одним из главных партнеров Китая по реализации этого проекта. Стоит отметить, что на тот момент демонстрация хороших отношений с КНР для нашей страны была очень важна: в это время были продлены санкции против России со стороны стран Запада. Тем самым правительству РФ нужно было показать как другим странами, так и населению внутри страны, что у нас есть союзники.

Официально российская риторика сводится к тому, что главной целью сотрудничества с Китаем является постройка большой высокоскоростной евразийской железной дороги, которая пойдёт по маршруту: Германия-Москва, Москва-Казань, Казань-Астана, Астана-Урумчи. Таким образом, Россия становится транзитным государством. Такая позиция была бы выгодна РФ, так как товарооборот между Германией и Китаем составляет порядка одного миллиарда евро в день. Трудность реализации этого проекта состоит в том, что такие маршруты обычно строятся для перевозки людей, а не для транспортировки грузов.


Что касается сотрудничества в сфере производства, то китайским инвесторам нет смысла инвестировать в производство в России, если можно построить заводы во Вьетнаме или в Африке, тем самым сэкономив деньги не только на рабочей силе, но и на перевозке товаров на рынки сбыта.

Ответом российских идеологов на инициативу «Пояса и пути» стала концепция «Большого Евразийского партнёрства», которая по своей сути аналогична китайскому проекту. Она такая же бесформенная и гибкая.


Сочетание несочетаемого

Россия планирует привлекать к сотрудничеству с Китаем в рамках инициативы «Пояса и пути» членов Евразийского экономического союза. Необходимо помнить, что РФ не имеет права говорить от лица всех стран ЕАЭС, а значит, КНР придется напрямую договариваться с каждым государством. В связи с этим возникает неологизм «сопряжение».

«Он означает сотрудничество несочетаемого, то есть это участие Евразийского экономического союза, который имеет свой жёсткий регламентируемый устав, свои стандарты и правила, в философской и размытой инициативе «Пояса и пути». Это крайне сложно назвать сотрудничеством, поэтому и был придуман термин «сопряжение», - объясняет Иван Зуенко.


Россия официально хотела бы задействовать Шанхайскую организацию сотрудничества в проектах «сопряжения», но с 2017 года ШОС утратила свою силу как механизм принятия интеграционных и международных решений.

«ШОС не стоит воспринимать как серьёзную организацию, с тех пор как туда была принята Индия по инициативе России, а потом в состав организации вошел Пакистан со стороны Китая. Теперь организация стала недееспособна. Нужно понимать, что ШОС не станет площадкой для примирения Индии и Пакистана», - констатирует эксперт.

По мнению Ивана Зуенко, велика вероятность того, что Китай будет институционализировать инициативу «Пояса и пути», как новую организацию, которая станет альтернативой ШОС.

Встреча Клуба политологов ИГУ с Иваном Зуенко


Выводы за четыре года

«Инициативу «Пояса и пути» можно рассматривать как личный PR-проект Си Цзиньпина, который нацелен на закрепление его позиций в качестве лидера внутренней и внешней политики Китая. То есть пока он у власти эта концепция работает. Однако есть вероятность того, что при смене руководителя курс изменится», - подводит итог эксперт.


Свой негативный вклад в реализацию китайского проекта вносит неготовность членов Евразийского экономического союза сотрудничать на условиях КНР. На практике взаимодействие между странами Азии и Китаем оказалось всего лишь обменом декларациями о партнерстве. Инициатива «Пояса и пути» – это хороший и действенный способ распределения ресурсов внутри самого Китая, но она плохо работает в других странах.

Не оправдывает высокие ожидания эта инициатива и в отношении сотрудничества России и КНР: совместные проекты были всегда, и они продолжают функционировать, но с начала реализации концепции их число не увеличилось.


Текст: Нелли Грехова

Фото: Татьяна Берг



comments powered by HyperComments
11 Октября 2017

Итоги Единого дня голосования: «досрочка» и отсутствие графы «против всех» - основные пороки муниципальных выборов

Во вторник, 26 сентября, состоялось второе заседание Клуба политологов ИГУ в новом сезоне. По традиции сентябрьские мероприятия КП ИГУ посвя...
25 Сентября 2017

Иван Зуенко: Инициативу «Пояса и пути» можно рассматривать как личный PR-проект Си Цзиньпина

Первое мероприятие Клуба политологов ИГУ в сезоне 2017\2018 состоялось в субботу, 16 сентября. Экспертом на заседании выступил Иван Зуенко, ...